Создание парфюма: откуда черпает вдохновение парфюмер?

Творческий процесс: от мечты к реальности

После вдохновения необходимы месяцы, а порой и годы работы. Требуется также немало терпения для оценки результатов (от 30 до 600 проб), пока не удастся достичь того, что было задумано изначально. Парфюм должен соответствовать первоначальной мечте.

Приоткроем завесу над некоторыми из моих источников вдохновения.

1. Природа как муза

Моё первое вдохновение пришло с юга Франции, а именно — из моего дачного сада неподалёку от Сен-Тропе. Я хотела воссоздать «нефигуративным» образом аромат цветущих мимоз.

Следует знать, что эфирное масло мимозы весьма разочаровывает и совершенно не похоже на запах цветка — оно зелёное, почти сернистое, жёсткое, агрессивное и далеко от нежного аромата маленьких пушистых шариков мимозы.

Парфюм, родившийся из этой любви к югу, — Champs Elysées от Guerlain: шарики мимозы, окутанные нежными мускусами, с лёгким ветерком, покачивающим ветви.

Зелёные ноты — не мои любимые: они живые, свежие, с запахом скошенной травы, смятых листьев, утренней росы на букете весенних цветов. Но идея соединить их с полной противоположностью — нежностью и мягкостью мускусов — показалась мне интересной для работы.

2. Мои воспоминания об отпуске

Создавая Helicriss, я вдохновилась бессмертником. Этот цветок, редко используемый в парфюмерии, — воспоминание о корсиканских маки, о моём отпуске в Кальви — также стал отправной точкой.

Другое воспоминание об отпуске — аромат иланг-иланга, который я хотела передать в парфюме Lilylang. Воспоминания о каникулах на островах, которые позволили мне путешествовать: Бали, Реюньон, Маврикий, Мальдивы, где я вновь ощущала аромат экзотических цветов, смешанный с запахом кожи, солнца и горячего песка.

В Guerlain я много работала с этими солнечными экзотическими нотами: Mimosa Tiaré из линии Aquas Allegoria, парфюм Terracotta и другие.

3. Коктейли и миксология

В мире парфюмерии ценят радости жизни — еду и напитки. Обоняние и вкус чрезвычайно тесно связаны. Я по природе очень любопытна и обожаю открывать новые сенсорные впечатления, новые места — рестораны, бары, которые меня вдохновляют.

L’Instant pour Homme был создан после дегустации ликёра арак (родом из Ирана), разбавленного свежей водой и льдом (свежий анисовый алкоголь), который я хотела соединить с более тёмной и гурманской нотой пачули и горького шоколада.

Контраст холодного и горячего (пачули по своей природе уже обладает шоколадной гранью). Я вспоминаю Беатрис Пике, которая отправилась вдыхать ароматные облака на небесах.

Идею Guerlain Homme я почерпнула из воспоминания о Кубе, в баре Hemingway, где открыла для себя тогда ещё малоизвестный во Франции коктейль — Мохито. Я рассказала об этом Тьерри Вассеру, который тогда работал в Firmenich, — он был знаком с ним.
За несколько проб нам удалось укротить лиметту, мяту и ром, превратив их в аккорд.

Дольше пришлось работать, чтобы превратить этот аккорд в парфюм, и не просто парфюм — в Guerlain!
С Дельфин Жельк, вдохновившись бразильским коктейлем Кайпиринья, мы разработали Limon Verde в линии Aqua Allegoria.

4. Гурманство

Моя подруга Ранда Хаммами, сирийка по происхождению, познакомила меня с великолепным сирийским пирожным на основе нероли, мёда и ванили — зефиром, с которым я много работала на протяжении карьеры (зефир = нероли + ваниль).

Мы облачили его в более сухие и мистические ноты — ладан, — чтобы придать ему таинственность и глубину: Mon Précieux Nectar от Guerlain.

В Angélique Noire из коллекции Les Exclusifs de Guerlain я хотела примирить непримиримое — две противоположные ноты: горечь дягиля (напоминающего мне цукаты моего детства) и ваниль, сырое и живое с мягким — ольфакторный большой взрыв.

5. Материал и текстура

Кружево стало отправной точкой работы над Cruel Gardénia с Рандой Хаммами: Exclusifs Guerlain, — вокруг гардении, розы и белых мускусов. Мне хотелось создать белые цветы не в привычном ключе пышности и роскоши, а в духе воздушности и лёгкости — кружево из цветов.

Нероли, проработанный в духе «натуральности», в сочетании с жасмином — с Рандой в Olyssia.

Я мечтала о белой замше — мягкой и нежной, как пашмина, — облачённой в то, что я люблю больше всего: пудровые ноты, ирис, фиалку, гелиотроп, а также ваниль, пачули и бессмертник — светлый женственный кожаный аккорд, который я создала прежде всего для себя с Оливье Польжем: мой второй парфюм — Cuir Beluga.

6. Моё детство и сокровенные воспоминания

Нежные купания моего детства, мыльные пузыри, аромат ванной комнаты, где моя мать хранила свою косметику, — её помада, рисовая пудра, запах чистоты, смешанный с ароматами средств по уходу, — всё это дало жизнь парфюму Dovana — мускусному и нежному, как любимая мягкая игрушка, с которой можно уснуть. Анн Луиз Готье прекрасно передала моё воспоминание.

L’Heure Bleue был парфюмом моей жизни. В знак почтения к этому шедевру я хотела взять его ДНК (нероли, ирис, гелиотроп, фиалка), усилить дозу фиалки, уже присутствующей в L’Heure Bleue, сделать её электрической и добавить фруктовый штрих — землянику и восхитительный аромат пудры Météorites.

Так родился Insolence в сотрудничестве с Морисом Русселем!

В том же духе — Florentina, где я увеличила дозировку двух моих любимых ингредиентов: ветивера и миндаля.

Моя мать жгла дома бумагу Папье д’Армени, и я хотела отдать ей дань уважения, облачив этот восхитительный аромат бензоина и специй в древесные и смолистые ноты: Bois d’Arménie в коллекции Les Exclusifs с Анник Менардо. А также Osiris — с медовой нотой детства в сочетании с кунжутом.

7. Переосмысление классики (La Guerlinade)

La Guerlinade — фирменная подпись ароматов Guerlain — задала мне путеводную нить для L’Instant de Guerlain.

Я выстроила соответствия: заменила бергамот на более солнечный и жизнерадостный мандарин.
Жасмин и розу — на более солнечные магнолию и жасмин самбак. Ваниль — на более солнечный бензоин, а пачули — на более светлый и мягкий сандал.

Как Вы поняли, я хотела привнести солнце во всю ольфакторную пирамиду и добавить медовую ноту ради её «золотистого» оттенка. Спасибо Морису Русселю!

8. Мои встречи и искусство

На проводимых мною тренингах каждый раз, когда я давала понюхать сырьё, в том числе мускус, аромат белого мускуса неизменно вызывал восторг — и так по всему миру.

Именно энтузиазм консультантов дал мне толчок, откуда и родилась идея создать парфюм с передозировкой мускусов — передозировка является одной из характерных черт ароматов Guerlain. Мне хотелось создать «мускусинаду», облачённую в розу, миндаль и сандал: L’Instant Magic, созданный с Рандой Хаммами.

Идею L’Eau de Lit мне подсказала постоянная клиентка, преданная поклонница Guerlain: «У вас нет парфюма для сна, чтобы ароматизировать постельное бельё, — как жаль!» Она была права — это была прекрасная идея!

До карьеры в парфюмерии я была профессиональным визажистом, поэтому цвета для меня очень важны. Я очень «визуальна» — это мой самый «открытый» сенсорный канал.

Один парфюм родился после просмотра фильма Marie Antoinette Софии Копполы: пудрово-розовый цвет явился мне после этого фильма, а также идея вишнёвого макарона.

Я «использовала» эту идею для проекта в коллекции Les Exclusifs: La Petite Robe Noire. Очевидным решением было добавить чёрные ноты (пачули, лакрица, чёрный чай, ваниль), чтобы уравновесить розовый цвет и найти баланс между этими двумя красками. Спасибо Дельфин Жельк.

Другие источники вдохновения:

• Картины Моне — для создания Жаком Герленом аромата L’Heure Bleue.
• Симфония «Болеро» Равеля — для создания Nahéma, парфюма Жан-Поля Герлена.
• Роман La Bataille — для создания Mitsouko.
• Роман Vol de Nuit — для одноимённого парфюма.
• Jicky — имя девушки, в которую был влюблён Эме Герлен.